November 14th, 2013

Рекламный фильм Уэса Андерсона

Снимок экрана 2013-11-14 в 13.07.03

Уэс Андерсон снял для Prada короткометражный фильм с актёром Джейсоном Шварцманом в главной роли. Уже сейчас его можно целиком посмотреть прямо здесь.
Называется фильм CASTELLO CAVALCANTI — именно так, огромными буквами.

0
Красота снежинок

Красота снежинок

Макросъемка снежинокМосковский фотограф Алексей Клятов снимает снежинки крупным планом при помощи самодельной конструкции: фотоаппарат Canon A650 плюс объектив «Гелиос 44М-5»
Collapse )
1

Управлять предметами на расстоянии

Сможет ли человечество когда-нибудь телепортировать предметы — пока не совсем понятно. Но в Массачусетском технологическом институте уже научились удаленно управлять объектами. Посмотрите на фантастические возможности системы inFORM!
0

Игорь Григорьев о смысле мишуры, играх в революцию и потерянном поколении

— А ваша музыка вписывается в формат Первого канала?

— Послушайте, я записал самую русскую поп-пластинку за всю историю постсоветского периода. Мои критики попросту не составили себе труда разобраться, что к чему. Когда я переехал в Рио-де-Жанейро, я был вдохновлён бразильской музыкой и, в частности, тропикалией, если знаете о чем я. Я был очарован этим коктейлем, которые придумывали Каэтану Велозу и Жилберту Жил в конце 60-х, смешивая музыку с поэзией, театром, мешая традиционные бразильские ритмы с авангардом, роком, психоделикой, чтобы получить на выходе нечто новое. И когда я приступал к своему альбому, я подсознательно делал то же самое.

Как человек, воспитанный на посконных традициях, я пропитан народными украинскими песнопениями — я ощущаю себя больше украинцем, чем русским, несмотря на то, что всегда жил в России, но рядом была Украина, и я с детства говорил на суржике и пел украинские песни. С другой стороны, оставаясь молодым человеком, я попал в абсолютно новое время и даже возглавил его авангард со своим журналом в 90-е годы. И, видимо, формирование моего музыкального вкуса произошло само по себе: роса, по которой я в детстве бегал босоногим деревенским мальчиком соединилась с моей последующей наслушанностью. В результате песня «Танго», которую спокойно можно спеть как пьяный застольный романс, зазвучала как Depeche Mode. Ну, извините, я сейчас грубо. Мы вообще не думали о Depeche Mode, когда создавали звук этой песни. Это потом стали говорить: «Да это же Personal Jesus». Ну, ок, не важно. Вот так тропикалия вдруг превратилась в «Корнукопию». Я думаю, нужно ещё немного подождать, чтобы всё стало на свои места. Я никуда не спешу. В моём возрасте спешить некуда. Уже.






— Вы можете некоторым людям показаться человеком непостоянным. Вы многими проектами занимались, ко многому прикладывали руку и делали это успешно. Но в силу обстоятельств что-то не получалось, а что-то, как может показаться, из-за вашей динамичной натуры откладывалось.

— Это обманчивое впечатление. То, что у меня получалось, — я этого хотел. То, что у меня не получалось, — я этого слишком хотел. Я двенадцать лет находился в состоянии поиска, который ни к чему не приводил. Ко всем проектам после ОМа я прикладывал двести процентов своих усилий, но они не получались. В результате я написал на собственном лбу: «Лузер!» .

Я все же думаю, что мы все живём под большим колпаком, как в фильме «Шоу Трумана». Ведь часто бывает, что чего-то сильно хочешь, но у тебя ничего не получается, а потом уже ничего не хочешь, но вдруг рядом возникают какие-то статисты, которые открывают тебе нужные двери, подводят нужных людей, убирают препятствия на пути. Такое ощущение, что там, наверху, кто-то руководит этими статистами, кто-то пишет захватывающий сценарий наших жизней. Мой личный опыт убеждает меня, что не всё в наших руках.




— Ну, вы многим казались везунчиком. И в 90-е, и сейчас.

— Я производил такое впечатление, потому что не выношу лузеров и нытиков. Поэтому я прятался за маской гедониста, разъезжающего по миру. А на самом деле я искал, где дешевле жить. И еще я отчаянно искал себя, я не знал, чем заниматься. Это было непросто и долго — целых 12 лет. Я доходил до каких-то степеней отчаяния, о чём потом рассказал в «Снах моей весны». Но всё подавал так, будто летаю на операторском кране, поплевывая сверху на ваш суетливый мир.



— То есть вы считаете, что сейчас, в музыке, вы нашли своё предназначение?

— Я бы так громко не выражался. Предназначение — слишком громкое слово. У нас у всех тут одно предназначение — помогать друг другу выжить, делиться собой с другими. Мне нравится процесс создания и исполнения музыки — это да. Потом, поскольку я понимаю, что я — не всё, не начало и не конец сверхидеи, а просто её проводник, то чувствую ответственность перед теми самыми сценаристами, которые вернули меня в этот сериал. Если мне дали возможность, причём, такую неожиданную, как разговаривать с людьми музыкой, я не имею права слиться. Я должен эту свою часть жизни отработать сполна. И я всё для этого делаю. Мне часто хочется сбежать к себе в Рио-де-Жанейро, но я слишком ответственный человек. Перед людьми, которые в меня вложили деньги, перед силами, которые сложили так звёзды для меня.


Игорь Григорьев

Автор фото: Ольга Панина
Посмотреть весь сет можно на странице автора в «Фейсбуке»




— А что нужно сейчас для того, чтобы сделать такой же крутой журнал, каким был «ОМ»?

— Время поменять.



— Никаких других путей нет?

— Нет. Я уже высказался везде, где можно, по поводу нынешнего поколения. Мне уже и неловко перед ними, уже и прощения хочется попросить.



— Ну, у вас есть возможность это сделать сейчас, например.

— Я уже говорил, что таких людей в деревне моя мама называла «пирог ни с чем». Он красивый такой сверху, румяный, аппетитно выглядит, а внутри — одно тесто. Ничего, кроме теста. Вот такое оно, ваше поколение. Простите.


— Наше — пустое и модное, да?

—Вам сколько лет?



— 26

— Да, ваше. Тем, кому сейчас 26 – 28. Никаких начинок внутри, одна мягкая пышная сдоба..



— Почему? Что было у ребят в 90-е, чего нет у нас?

— Мы попали на стык перемен. Китайцы, если хотят проклясть, говорят: «Живи во время перемен». А вы попали в еще худшее время, в сытую и спокойную регрессию.


Игорь Григорьев

Автор фото: Ольга Панина
Посмотреть весь сет можно на странице автора в «Фейсбуке»




— Ну, мы-то родились во время перемен.

— Вы были тогда птенчиками и сидели в родительских гнездышках. А потом, когда вы стали себя осознавать, началась совершенно другая история. Мы воспитывались на «совке», а потом нужно было резко меняться и впускать в себя совершенно другую жизнь. И такая адская машина закрутилась, в которой выживал сильнейший. Но не мы делали волну, нет — волна нас несла. Мы все, с одной стороны, счастливчики, что попали на ее гребень, а с другой стороны, не все ведь на этой волне удержались. Не все выплыли. Так вот, это наше поколение, амбициозное, мыслящее, способное делать выбор, выживать в экстремальных условиях, не очень угодно авторитарной власти. Оно должно быть либо абсорбировано властью, либо слито на обочину.

Нам из телевизора говорили «день», а мы им — «ночь», они нам - «Иосиф Кобзон», а мы им — «Дельфин». Вы же становились в ситуации, когда приходила власть, заинтересованная в том, чтобы все ваши желания и мечты начинались и заканчивались курткой от Acne и коллаборационными «найками». Для этого всего лишь надо было сделать доступными потребительские кредиты и создать атмосферу относительного благополучия.



Читать дальше
1, 2, 3


0

Игорь Григорьев о смысле мишуры, играх в революцию и потерянном поколении

— Сейчас, в пик всеобщей политизированности, есть один очевидный персонаж, которого можно назвать героем нашего времени. Навальный, конечно. Он — спорный персонаж, но его многие называют именно героем нашего поколения.

— Мне кажется, он — лукавый персонаж. Мне кажется, что этот проект - какая-то на**ка типа митболлов. Я с высоты прожитых лет на все это смотрю, и меня сложно на**ать. Я извиняюсь за это выражение, просто никакое другое не в голову не приходит. Я смотрю на него и не верю ни одной его интонации. Мне, на самом деле, нравится другое, новое поколение, которое идёт уже за вами, те, кому сейчас 18 – 20.



— Чем они вам нравятся?

— Во-первых, у них были прекрасные ролевые модели — их отцы. Мы. Потому что это наши дети «де юре». И мне кажется, что они подсознательно сочиняют свою песню протеста против этого большого беспонтового и уже подсохшего «пирога ни с чем». Их не устраивает времяпрожигание от тусовки до тусовки в «Солянке» или где там еще. Они правильно распоряжаются текущей информацией, они свободны от общепринятых паттернов поведения, они по-хорошему амбициозны. Я с ними нахожу больше общего языка, чем со своими ровесниками. Они и мой альбом правильнее принимают. Ищут там какие-то вторые, третьи пласты, спрятанные смыслы.

Ваше поколение как-то профукало возможности самореализации. Технически сейчас это ведь несложно сделать — заявить о себе миру одним движением руки. Я залил видео в YouTube и за первую ночь получил 10 тысяч просмотров. Другой вопрос, есть ли у тебя, что туда залить.



Игорь Григорьев



— А можете тогда выпороть наше поколение и дать какие-то советы?

— Ну, сколько можно, на вас же уже живого места нет!



— Продуктивная порка — она всегда на пользу. Дайте какие-нибудь советы, которые помогут всем поставить мозги на место. Тем, кто ест митболлы и ходит на «Стрелку».

— Понимаете, 27 — это тот возраст, после которого физиологически всё уже идёт под гору. После 27 ты тупо начинаешь стареть. То, что упущено — то упущено. Но всё может случиться. Я в 44 начал новую жизнь.




— В рецензии Rolling Stone вас назвали Остапом Бендером, вернувшимся из Бразилии победителем. Вы бы сами себя как охарактеризовали? Если не Бендер, то кто? Есть какая-то вдохновляющая ролевая модель?

— Я, конечно, авантюрист, что уж там говорить. Но Остап скорее прообраз современного хипстера, бездельник, стремящийся к красивой жизни. Я все-таки всю жизнь произвожу вещество, а не гоняю тень от него. Что касается моей ролевой модели, то я с детства был романтиком, идеалистом и противопоставлял себя всему, что меня окружало. Поэтому мне всегда был близок Печорин, как антигерой. Печорин в результате ведь проигрывает времени и мне понятен сарказм Лермонтова, который называет его «героем».



— Есть ли у вас желание поработать с кем-то из современных изданий, вернуться в журналистику?

— Категорически нет. Я занимался журналистикой 17 лет и сделал заявление об уходе из неё еще в 2008 году. Но я вам скажу, что журналистикой в чистом виде я и не занимался, это было больше мифотворчество. Двести склеенных страниц бумаги, называемых журналом, имели ценность только потому, что вокруг него образовывалась среда. Земфира сидела в Уфе, в её тумбочке лежал журнал ОМ, и она мечтала однажды оказаться среди его героев. Всё это было чистое мифотворчество. Журналистика была лишь инструментом, с помощью которого мы создавали свою «Америку», в которой нам было интересно и весело жить.


Игорь Григорьев



— А можно как-то создать миф сейчас? Или нет предмета, вокруг которого его можно создать?

— По-моему, сейчас время исключительно одних мифов. Еще раз вам говорю, если раньше мы доводили больших героев до масштаба былинных, то сейчас нет героев. Но так не только у нас, так везде.



— Почему?

— Люди стали слишком хорошо жить, а для появления героев нужны потрясения. Желательно кровавые.



— Именно поэтому так активно была поддержана белоленточная «революция»?

— Мною? Ну да. Я записывал альбом в Лондоне, когда началась вся эта заварушка. И я подумал — вот, наконец, что-то сдвинулось с места. И даже попёрся на Трафальгарскую площадь поддержать братьев и сестер с московских баррикад. Более того, по приезду я снял клип на «Бестолковую Любовь» и с дуру подал её, как песню протеста. Но быстро, на моих глазах, революция оборачивалась профанацией. Молодежь, конечно, активно всё это поддержала, потому что молодым нужно постоянно играть в какие-нибудь игры. Футбольные фанаты переворачивают машины после матча, националисты ищут повод, чтобы побегать с факелами по Манежной, а интеллигентные мальчики и девочки надевают белые ленты и берутся за руки, чтобы не умереть по одиночке.





— Вы постоянно говорите о возрасте. На пенсию собираетесь уходить? Когда вы собираетесь на пенсию? Зачем?...

— Я мечтаю о пенсии, о фазенде на берегу моря, где у меня будет студия. Но скорее всего я в нее заходить не буду, потому что я вообще ничего не буду делать. По утрам толстые чёрные тётушки будут выпекать мне на завтрак сырные булочки и жарить кофе, который они собрали на плантации. И ещё у меня будет много приёмных детей, за которыми я буду бегать с хворостиной, строить их и командовать «по порядку рассчитайсь». Как-то так...



— Чтобы они не профукали свои возможности?

— Да, да, да. Я буду гоняться за ними, а они с хохотом будут разбегаться врассыпную и прятаться от меня в кустах цветущей камелии. И они будут любить меня.


Официальный сайт Игоря Григорьева
Игорь Григорьев на Facebook


Интервью: Галя Бушуева

1, 2, 3


0
Энди Уорхол установил рекорд

Энди Уорхол установил рекорд

диптих «Авария серебряной машины (Двойная катастрофа)» (1963)В среду в Нью-Йорке на аукционе «Сотби’c» был установлен рекорд цены на работы Энди Уорхола. Монументальный диптих «Авария серебряной машины (Двойная катастрофа)» (1963) был продан за $ 105 400 000
Collapse )
5
Популярное

Как выглядит цензура

Как выглядит цензура

Как выглядит цензура

цензураСуществует мнение, что все больше и больше «закручивают гайки»: вводится цензура по всему миру. Реклама слишком сексистская, Интернет — слишком пиратский и педофильский, фильмы — слишком развратные, и в музыкальных клипах слишком много курят.
Collapse )
1
?

Log in

No account? Create an account